В какой исторической реальности мы живём? (radmirkilmatov) wrote,
В какой исторической реальности мы живём?
radmirkilmatov

Categories:

"Какую таблетку выберешь ты?"

Роман перуанца Марио Варгас Льосы «Тетушка Хулия и писака» - одна из самых красивых и необычных книг 20-го века.

В книге две главные линии, четко разделенные на четные и нечетные главы. Основной сюжет – автобиография. Семнадцатилетний пацаненок ухаживает за своей теткой. Родственница старше его на пятнадцать лет, мудрей и циничней на пару порядков, приехала из другой страны и уже разведена. Для нее вся эта «санта-барбара» с молодым племянником – забавный флирт, который переходит во что-то большее.

Юнец работает на радио. Туда приезжает «звезда» из Боливии - драматург, актер и режиссер радио-сериалов Педро Камачо. (Перу середины века – такая «попа мира», откуда даже Боливия – цивилизация.) Содержание радиопостановок Камачо – это второй сюжет романа, все четные главы, и то, что совершенно заслуженно считается «латиноамериканской мыльной оперой».
Глядя на Мастера, молодой перуанец примет решение стать писателем. Единственным человеком, который его поддержит в этом пути, станет его эксцентричная тетка.

Когда в Голливуде решили экранизировать эту книгу, действие перенесли в Чикаго, на главную роль взяли молодого Кеану Ривза, выбросили содержание радио-спектаклей, и фильм с треском провалился. Потому что радиопостановки – не просто половина книги, а параллельный сюжет, который иногда затмевает главный.

Камачо работает сутками напролет, придумывает забавные истории, пишет диалоги, руководит постановками, принимает участие в озвучке… Работая на износ, Писака постепенно, но уверенно становится настоящим психом.
Первыми это начинают понимать не герои романа, а читатели, когда герои и сюжеты радиопостановок начинают пересекаться. Старые истории и имена героев – оказываются в новых постановках, создавая в голове читателя несколько реальностей.

Радио в 50-е годы – это особый мир, телевидение еще не появилось, и жители перуанской столицы не отрываются от этих сериалов. Истории у перегруженного творчеством Камачо – действительно занимательны. Адвокаты, сыщики, монахи, преступники, ищущие, падшие, сомневающиеся,уроды, психи, маньяки… Когда автор путается в именах и биографиях своих героев, он периодически их морит, казнит, взрывает, воскрешает, каждый раз все более занимательно и изысканно. Но даже стирая свои ошибки, он запутывается все сильней. Он не может бросить писать, думать о другом, жить иначе. Он оказался заложником собственного таланта, воспаленного сознания и болезни.

В голове нормального человека не так много историй. Рано или поздно любой монолог начинает повторяться. Однако сюжеты Камачо не столько иссякают, сколько переходят на новый уровень, приобретая все более фантастические и апокалипсические черты. Жизненный опыт Камачо не так уж велик и Льоса занимательно описывает персональный «авторский стриптиз».

Скоро культурная жизнь перуанской столицы интересуется уже не сюжетами радиопостановок. Герои и сюжеты понятны слушателям. Но их и читателя все больше занимает бьющий через край фонтан авторской фантазии. И занимает развязка, которой закончатся не какие-то радиопостановки, а сам Автор.

С одной стороны, развязка понятна.
Будущий писатель сбежит с «невестой».
Камачо окажется в дурдоме.
Но мысль автора шагает шире, и роман оказывается о причудливой игре разума. Слушатели неожиданно хорошо принимают «дурдом» в голове писателя. Камачо описывает простой и близкий каждому мир. Его герои просты, понятны, умны, положительны. Этот мир оказывается где-то ближе и понятней, чем реальность. Чем больше «дури», тем больше симпатии. Роман оказывается о том, что скрыто в подсознании каждого человека. Стресс, перенапряжение и талант художника – это возможность каждому примерить на себе чужой психоз и заглянуть в себя самого, ведь по настоящему сводят с ума – не книги, а скука, повседневность, обыденность, привычки. И чтобы сделать правильное решение, перейти на новый уровень – иногда бывает нужно оказаться на одном уровне с безумным художником, представить и нарисовать его образами собственную жизнь.

Через тридцать лет после этой истории перуанец Варгас Льоса станет всемирно известным писателем. Десяток выдающихся книг поднимет его, возможно, выше любых современных писателей. Именно боливийский Писака изменил жизнь Льосы. Встреча с ним дала возможность иметь свое мнение, свободу выбирать и право решать. Люди слишком не совершенны, чтобы претендовать на истину в последней инстанции. Иногда только чье-то безумие может поднять твою жизнь – до высоты, куда сознание просто так не может подняться.

Чтобы принять важное решение, нужно не испугаться встретиться с «дуркой» лицом к лицу, и сделать не логичный выбор.
Чтобы принимать неожиданные решения, нужно думать необычно. А назовут тебя безумным – или не назовут – кому какое дело, если это твой собственный выбор и твоя жизнь? Честно говоря, повседневность часто несет немало безумия. Конкретное персональное безумие – вопрос всегда субъективный. И разве кто-то знает разницу между мыслью, реальностью, будущим и творческим замыслом?

Перуанский роман про боливийского Писаку, и выбор между обыденностью и безумием – стал шедевром тиражом в десятки миллионов. Без этого сюжета американский фильм по той же истории оказался скучной посредственностью. Можно посмеяться над убогостью штампов Голливуда. Крайне редко фильм берет меньшую кассу, чем тираж книги.

Пример фильма стал поучительной историей, как бездарно можно опошлить самую глубокую мысль про выбор – между реальностью и вымыслом. Голливуд тогда сделал действительно необычное, приземлив гениальный замысел – до банального треша между несовершеннолетним пареньком и его теткой. Чтобы интересно рассказать о том, что ниже пояса, надо иметь много…
как это…
выше плеч…
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments