«Какую таблетку выбрать?»
Роман перуанца Марио Варгас Льосы «Тетушка Хулия и писака» - одна из самых странных и интересных книг второй половины 20-го века.
Книга композиционно поделена на четные и нечетные главы. На две главные линии. Нечетные главы – это автобиография. Семнадцатилетний пацан подрабатывает на столичном радио и пытается ухаживать за своей теткой. Та старше его на пятнадцать лет, приехала из другой страны, уже разведена и на порядок циничней. Для нее эта «санта-барбара» с племянником – флирт, который не должен был перейти во что-то большее.
История начинается с того, что на этой радиостанции появляется «звезда» из Боливии - драматург, актер и режиссер радио-сериалов Педро Камачо. (Деталь: Перу середины века – такая «попа мира», откуда даже Боливия – цивилизация.)
Содержание радиопостановок Камачо – это вторая сюжетная линия романа, и все четные главы. Сюжеты этих глав – то, что во всем мире называется «мыльной оперой». В самом их гнилом, латиноамериканском варианте.
Глядя на Мастера, молодой перуанец примет решение стать писателем. Единственным человеком, который его поддержит в этом пути, станет его эксцентричная тетка.
В книге много коллизий. В том числе, российских. Поставьте на место перуанской столицы – российскую, вместо радио – телевизор. Вместо героев заморского «мыла» - персонажи наших новостей… Пропрет, извините…
Дело происходит в 50-е годы – телевидение еще не появилось – и жители перуанской столицы не отрываются от этих сериалов.
Педро Камачо работает сутками напролет, придумывает забавные истории, пишет диалоги, руководит постановками, принимает участие в озвучке…
Истории у перегруженного творчеством Камачо – действительно занимательны. Адвокаты, сыщики, монахи, преступники, проститутки, уроды, психи, маньяки… Работая на износ, звездный автор переселяется в свои постановки – и начинается его безумие.
Первыми это начинают понимать слушатели радиостанций и читатели книги, когда герои и сюжеты радиопостановок начинают пересекаться. Старые истории и имена героев – оказываются в новых постановках, создавая в голове читателя хаос и несколько уровней реальности. Когда автор путается в именах и биографиях своих героев, он периодически их убивает, казнит, взрывает, воскрешает, каждый раз все более занимательно и изысканно.
Но даже подчищая «хвосты», стирая свои ошибки - он запутывается все сильней. Он не может бросить работу, думать о другом, жить иначе. Он оказался заложником воспаленного воображения.
Сюжетная путаница этих новелл, персонажи, переходящие из постановки в постановку – наверно, самая занимательная часть книги. Те, кто в начале девяностых смотрел бесконечные мексиканские и бразильские сериалы лучше представляет, о чем я говорю. Любое «мыло» подчинено одной цели – «купить» потребителя, захватить его внимание – и «продать» ему: даже неважно, товар или идею. Подобное «мыло» банально, как российское телевидение: одни и те же образы, приемы, сюжеты…
В голове у нормального человека не так много историй. Рано или поздно любой монолог начинает повторяться. Сюжеты Камачо иссякают, переходя на новый уровень само-стриптиза, приобретая все более фантастические и апокалипсические черты. Он ведь уже не писатель, а долбанутый на всю голову псих. У него давно съехала крыша, ему пора отдохнуть и подлечиться.
Скоро культурная жизнь перуанской столицы начинает концентрироваться не столько вокруг сюжетов радиопостановок. Там все понятно. Слушателей все больше занимает бьющий через край фонтан авторской фантазии. И занимает не та развязка, которой закончатся радиопостановки, а то, как рехнется их Автор.
Главы, стилизованные под «мыльные» постановки – читаются с удовольствием. И дело не только в буйных сюжетах. Интерес к страстям, сплетням, комедии и трагедии – наверно, закодирован в генах нормального человека. Тебе это уже осточертело, ты плюешься, ни единому слову уже не веришь – но не выключаешь…
Некоторые это осознают и дистанцируются от поддельных страстей, СМИ и новостей. Остальные же окунаются в это море с головой. Поддельная бурная жизнь отлично заменяет реальность.
Возвращаюсь к роману. Тетушка отвечает молодому журналисту взаимностью. Когда о романе узнают родители, разгорается скандал. Юноша сбегает и незаконно вступает в брак. Отец в бешенстве грозится засадить растлительницу в тюрьму и пристрелить сына. И это реальная история, которая произошла с автором романа «Тетушка Хулия и писака».
Развязка понятна.
Будущий писатель сбегает с невестой в Европу.
Камачо окажется в дурдоме.
Но мысль автора шагает шире, и роман оказывается так же о причудливых играх разума. Слушатели хорошо принимают «дурдом» в голове писателя. Ведь Камачо описывает простой и близкий каждому мир. Его герои просты, умны, положительны и понятны.
И его мир оказывается намного ближе, чем реальность. Чем больше «дури» вокруг, тем больше симпатии к чистому. Роман оказывается о том, что скрыто в подсознании каждого человека. Ведь по настоящему сводят с ума – не СМИ и интернет, а скука, повседневность, обыденность, привычки.
Талант и перенапряжение на всю голову долбанутого автора – стали возможностью для каждого заглянуть в себя самого.
Чтобы сделать правильное решение, перейти на новый уровень – иногда бывает нужно оказаться на одном уровне с безумием, представить и нарисовать сумасшедшими образами собственную жизнь.
Описанный в книге боливийский писака – и его шизанутый мир – изменил жизнь Льосы. Через двадцать лет после того бегства Варгас Льоса станет всемирно известным писателем. Он дважды баллотировался, и один раз едва не стал президентом Перу. Потом ему пришлось эмигрировать, а его соперника на тех выборах – посадили за коррупцию. Льоса написал дюжину выдающихся книг. И десять лет назад получил «нобелевку».
Встреча с иррациональным миром – дала возможность перуанскому раздолбаю иметь свое мнение, свободу выбирать, право решать. Наверно, только безумие (лучше чужое) изменить твою жизнь – туда, куда сознание само просто так не сможет подняться.
Чтобы принимать нестандартные решения и выходить за границы «кармы» - нужно думать необычно. А назовут тебя безумным – или не назовут – кому какое дело, если это твой собственный выбор и твоя жизнь? Обыденность и повседневность - несут не мало идиотизма. А сколько безумия и безумства транслируют на нас из интернета и СМИ? Так что, тихое персональное безумие – вопрос субъективный. И кто хорошо знает разницу между реальностью и будущим, безумием и судьбой?
Перуанский роман про боливийского Писаку, и не легкий выбор между обыденностью и безумием – был издан десятками миллионов.
Когда в Голливуде решили экранизировать эту книгу, действие перенесли в Чикаго, на главную роль взяли молодого Кеану Ривза, и упростили сюжет, выбросив содержание радио-спектаклей. Фильм с треском провалился. Потому что радиопостановки – не просто половина книги, а тот сюжет, который затмевает главный.
Итак, выбор, который ставит книга - скучная реальность, определенность - или легкое персональное безумие? Выбор, который ставит не только книга, но и сама жизнь, политика, система? Выбор часто ведь давно делают за нас, даже не спрашивая. Но разве пандемия, безумие во всем мире, недавнее голосование у нас, вранье и истерики политиков, маразм в СМИ - это происходит с нами?
Книга композиционно поделена на четные и нечетные главы. На две главные линии. Нечетные главы – это автобиография. Семнадцатилетний пацан подрабатывает на столичном радио и пытается ухаживать за своей теткой. Та старше его на пятнадцать лет, приехала из другой страны, уже разведена и на порядок циничней. Для нее эта «санта-барбара» с племянником – флирт, который не должен был перейти во что-то большее.
История начинается с того, что на этой радиостанции появляется «звезда» из Боливии - драматург, актер и режиссер радио-сериалов Педро Камачо. (Деталь: Перу середины века – такая «попа мира», откуда даже Боливия – цивилизация.)
Содержание радиопостановок Камачо – это вторая сюжетная линия романа, и все четные главы. Сюжеты этих глав – то, что во всем мире называется «мыльной оперой». В самом их гнилом, латиноамериканском варианте.
Глядя на Мастера, молодой перуанец примет решение стать писателем. Единственным человеком, который его поддержит в этом пути, станет его эксцентричная тетка.
В книге много коллизий. В том числе, российских. Поставьте на место перуанской столицы – российскую, вместо радио – телевизор. Вместо героев заморского «мыла» - персонажи наших новостей… Пропрет, извините…
Дело происходит в 50-е годы – телевидение еще не появилось – и жители перуанской столицы не отрываются от этих сериалов.
Педро Камачо работает сутками напролет, придумывает забавные истории, пишет диалоги, руководит постановками, принимает участие в озвучке…
Истории у перегруженного творчеством Камачо – действительно занимательны. Адвокаты, сыщики, монахи, преступники, проститутки, уроды, психи, маньяки… Работая на износ, звездный автор переселяется в свои постановки – и начинается его безумие.
Первыми это начинают понимать слушатели радиостанций и читатели книги, когда герои и сюжеты радиопостановок начинают пересекаться. Старые истории и имена героев – оказываются в новых постановках, создавая в голове читателя хаос и несколько уровней реальности. Когда автор путается в именах и биографиях своих героев, он периодически их убивает, казнит, взрывает, воскрешает, каждый раз все более занимательно и изысканно.
Но даже подчищая «хвосты», стирая свои ошибки - он запутывается все сильней. Он не может бросить работу, думать о другом, жить иначе. Он оказался заложником воспаленного воображения.
Сюжетная путаница этих новелл, персонажи, переходящие из постановки в постановку – наверно, самая занимательная часть книги. Те, кто в начале девяностых смотрел бесконечные мексиканские и бразильские сериалы лучше представляет, о чем я говорю. Любое «мыло» подчинено одной цели – «купить» потребителя, захватить его внимание – и «продать» ему: даже неважно, товар или идею. Подобное «мыло» банально, как российское телевидение: одни и те же образы, приемы, сюжеты…
В голове у нормального человека не так много историй. Рано или поздно любой монолог начинает повторяться. Сюжеты Камачо иссякают, переходя на новый уровень само-стриптиза, приобретая все более фантастические и апокалипсические черты. Он ведь уже не писатель, а долбанутый на всю голову псих. У него давно съехала крыша, ему пора отдохнуть и подлечиться.
Скоро культурная жизнь перуанской столицы начинает концентрироваться не столько вокруг сюжетов радиопостановок. Там все понятно. Слушателей все больше занимает бьющий через край фонтан авторской фантазии. И занимает не та развязка, которой закончатся радиопостановки, а то, как рехнется их Автор.
Главы, стилизованные под «мыльные» постановки – читаются с удовольствием. И дело не только в буйных сюжетах. Интерес к страстям, сплетням, комедии и трагедии – наверно, закодирован в генах нормального человека. Тебе это уже осточертело, ты плюешься, ни единому слову уже не веришь – но не выключаешь…
Некоторые это осознают и дистанцируются от поддельных страстей, СМИ и новостей. Остальные же окунаются в это море с головой. Поддельная бурная жизнь отлично заменяет реальность.
Возвращаюсь к роману. Тетушка отвечает молодому журналисту взаимностью. Когда о романе узнают родители, разгорается скандал. Юноша сбегает и незаконно вступает в брак. Отец в бешенстве грозится засадить растлительницу в тюрьму и пристрелить сына. И это реальная история, которая произошла с автором романа «Тетушка Хулия и писака».
Развязка понятна.
Будущий писатель сбегает с невестой в Европу.
Камачо окажется в дурдоме.
Но мысль автора шагает шире, и роман оказывается так же о причудливых играх разума. Слушатели хорошо принимают «дурдом» в голове писателя. Ведь Камачо описывает простой и близкий каждому мир. Его герои просты, умны, положительны и понятны.
И его мир оказывается намного ближе, чем реальность. Чем больше «дури» вокруг, тем больше симпатии к чистому. Роман оказывается о том, что скрыто в подсознании каждого человека. Ведь по настоящему сводят с ума – не СМИ и интернет, а скука, повседневность, обыденность, привычки.
Талант и перенапряжение на всю голову долбанутого автора – стали возможностью для каждого заглянуть в себя самого.
Чтобы сделать правильное решение, перейти на новый уровень – иногда бывает нужно оказаться на одном уровне с безумием, представить и нарисовать сумасшедшими образами собственную жизнь.
Описанный в книге боливийский писака – и его шизанутый мир – изменил жизнь Льосы. Через двадцать лет после того бегства Варгас Льоса станет всемирно известным писателем. Он дважды баллотировался, и один раз едва не стал президентом Перу. Потом ему пришлось эмигрировать, а его соперника на тех выборах – посадили за коррупцию. Льоса написал дюжину выдающихся книг. И десять лет назад получил «нобелевку».
Встреча с иррациональным миром – дала возможность перуанскому раздолбаю иметь свое мнение, свободу выбирать, право решать. Наверно, только безумие (лучше чужое) изменить твою жизнь – туда, куда сознание само просто так не сможет подняться.
Чтобы принимать нестандартные решения и выходить за границы «кармы» - нужно думать необычно. А назовут тебя безумным – или не назовут – кому какое дело, если это твой собственный выбор и твоя жизнь? Обыденность и повседневность - несут не мало идиотизма. А сколько безумия и безумства транслируют на нас из интернета и СМИ? Так что, тихое персональное безумие – вопрос субъективный. И кто хорошо знает разницу между реальностью и будущим, безумием и судьбой?
Перуанский роман про боливийского Писаку, и не легкий выбор между обыденностью и безумием – был издан десятками миллионов.
Когда в Голливуде решили экранизировать эту книгу, действие перенесли в Чикаго, на главную роль взяли молодого Кеану Ривза, и упростили сюжет, выбросив содержание радио-спектаклей. Фильм с треском провалился. Потому что радиопостановки – не просто половина книги, а тот сюжет, который затмевает главный.
Итак, выбор, который ставит книга - скучная реальность, определенность - или легкое персональное безумие? Выбор, который ставит не только книга, но и сама жизнь, политика, система? Выбор часто ведь давно делают за нас, даже не спрашивая. Но разве пандемия, безумие во всем мире, недавнее голосование у нас, вранье и истерики политиков, маразм в СМИ - это происходит с нами?