В какой исторической реальности мы живём? (radmirkilmatov) wrote,
В какой исторической реальности мы живём?
radmirkilmatov

Categories:

Антидот. Глава 12. Как понять свидетелей.

Начало здесь: http://radmirkilmatov.livejournal.com/70639.html

Когда находишь одного свидетеля, второго, третьего... события складываются в какую-то систему. Но рано или поздно возникает вопрос: пусть за тобой и сотни фактов... но это все косвенные свидетельства, прямых доказательств у тебя – нет.

Спортивная статистика, длинные карьеры, периоды «странной спячки» в биографиях, «повторы» узнаваемых событий (хотя и с другими оценками), бессобытийность отдельных лет, нелогичные действия мировых политиков, лакуны в книгоиздании, повторы экономических показателей и прочее... Достаточно ли это, чтобы отрицать общеизвестное?

Но с другой стороны, любые доказательства — это и есть набор объективных свидетельств. А в прежней версии были мотивы фальсификации. Имелись инициаторы. Есть признаки реализации плана. Тогда сколько нужно «намеков», чтобы признать, что все могло быть не совсем так, как принято считать?


Что же произошло на самом деле?


После окончания войны, мирных договоров, демилитаризации, открытия границ – Европа не притихла, а взорвалась с еще большей силой.

Мирные договора, не решив старых проблем, создали много новых. Провалилась экономика. Деньги оказались поделены на несколько лет вперед. Новые хозяева — банкиры и воротилы фондового рынка — высосали все деньги. Не стало спроса, кредита и экономики, закрывались заводы, кругом - безвластие, безработица и безнадежность. Мир погружался в хаос, а его виновники разбежались и попрятались.

Не только политики, но и обычные люди, чтобы выживать в трудное время, предавали традиции и друзей, меняли принципы и союзников. Когда стало поспокойней - причины выглядеть лучше, чем на самом деле, оказались у многих.

Переход на новый календарь уменьшил путаницу и стал признаком «цивилизации». Но кроме того, он дал возможность очистить «легенду», закопать «лишнее» подальше в прошлом, перевернуть страницу. В конце-концов, ради детей, чтобы освободить их от самого тяжелого в своем наследии… А позднее, когда организаторы календарного перехода оказались «зачищены», следы стерлись сами.


Не так давно среди элит была популярной теория, что человек похож на чистую деревянную дощечку. Этакая «Tabula rasa». На которой что напишешь, тем эта дощечка и станет. Совсем недавно вообще казалось нормальным – рисовать по людям.


Казалось бы – чего проще проверить? Это 20-й век, остались газеты, библиотеки, воспоминания, свидетели?…

Но цензура (и не только советская) полвека убирала подобные «свидетельства». В тоталитарном обществе какие-то сомнения и аргументы про подлог и переворот – были работой на врага, диверсией против власти и готовым составом преступления.
Какие-то улики и противоречия при таких условиях исчезли сами-собой, автоматически, как «бардак-беспорядок».

Чем были опасны архивы? Время было жестокое, в управлении страной регулярно обнаруживались вредители. Хранить информацию про врагов народа и их дела было просто опасно… У работников архивов тоже были дети… Риск дисциплинарного взыскания за не сохранение архивов был таким же, как риск по уголовной или политической статье.

Известно, что в СССР существовали целые институты («Историко-архивные») , работавшие на официальную «легенду». Допечатать любой номер – не проблема: у издательств были собственные типографии, тем более, с добавками программных выступлений и от правильных политиков… Известно, что в советское время за восстановление архивов давали премии и представляли к наградам…

Что можно увидеть странного в архивах? Подозрительно, если в них есть все номера. А имена и лица политиков, позднее ставших «нежелательными», в них отсутствуют: Берия, Василий Сталин, Маленков, Рыков, Пятаков, Тухачевский, Ежов, Ягода… Есть те, без кого не могли обойтись: Каменев, Зиновьев, Бухарин — да и то: по минимуму.

Странно, когда в журналах ежегодно меняется число номеров, регулярно встречаются сдвоенные номера одинарного объема... Словом, нет преемственности в работе редакции. А чтобы печатать журналы — надо соблюдать план в отношениях с типографиями...

Встречаются поздние «вставки», статьи на актуальную дату – от поздних советских руководителей с правильными акцентами.

Ленинградская «Смена». Печатается с 1924 года… С одной стороны, все в порядке, но с другой – все признаки «странностей». Все номера есть, но их число постоянно меняется, и всегда разная толщина. Нет обложек и статей про запрещенных позднее деятелей. Лаврентий Берия и Василий Сталин попадали даже на обложку американского «Times». Но не попали в «Смену».

Взгляд цепляется за обличительную статью про троцкистско-зиновьевских врагов (в 1937-м) от будущего председателя Союза советских писателей Александра Фадеева (1945-1956). Малоизвестный в ту пору писатель — по такому важному поводу. Скорее всего, так делали «сувенир» для Председателя Союза Советских Писателей — к крупной дате в начале 1950-х. В сентябрьском номере 1944 советские танки уже на Висле. На два месяца раньше, чем считается. Что это доказывает? Что статьи могли переносить из номера — в номер, когда перешивали архивы по новому.
Аналогично – любой архив...

Сегодня за несколько тысяч рублей можно изготовить «Правду» или «Известия» на любую дату, с «изюминкой», к примеру, информационным сообщением Пленума ЦК КПСС о рождении «Дорогого юбиляра» и поздравлением «самого» Брежнева - родителям «новорожденного»… А сколько подобных «сувениров» сделали «втихую», пока услуга не попала на рынок?


Смотришь в архивы эмигрантской прессы — та же картина. В харбинском журнале за октябрь 1940-й год - реклама подписки 1937-го года. Явно «перешитые» архивы, когда материалы добирались «до кучи» из номеров других лет или вообще со стороны. И такие "перлы" можно увидеть в любом архиве.



Смотришь в архивные материалы до революции. Вот открытка об объявлении войны — а в толпе только «триколоры». То есть, флаги Временного правительства. А до 1917-го года — морские торговые флаги, которым явно было не место на площади в момент объявления Первой мировой войны.

Открытка с изображением первой схватки русских казаков с прусскими драгунами 20 июля 1914-го года. Война еще не объявлена, но художник «правильной истории» явно тогда еще не знал.


Многочисленные патриотические открытки времен первой мировой — практически никогда не показывают ни Императора — ни его штандарт. Напротив: везде флаги временного правительства. Но ответственность за войну — историками возложена именно на царя. Но он уже в октябре 1905 года изменил конституцию и монархия (де-факто) стала "конституционной" - выбивается из принятой исторической концепции.


Прямые свидетельства остаются, когда их оставляют. А если тема была мутной и неприятной, свидетельств могли просто не оставить.

Поиски чего-то бесполезны, Но интересно, так как в поисках прямых доказательств - встречаются сотни косвенных. Это тоже аргумент. Но принципиальная ошибка – не в том, что существующая версия «не тянет».

Заблуждение в том, что мы считаем, что может быть одна безошибочная версия – там, где даже современники не имели «консенсуса», думали по-разному и, возможно, ошибались — все.

На любую историю существует много точек зрения. Сегодняшний взгляд на начало 20-го века – вопрос традиции. Прошлое обладает другой логикой. И история должна показывать человеку, что представления о Прошлом – это не абсолют, а «игра компромиссов». Сборник разных и противоречивых мнений. А безаппеляционность относительно событий и оценок прошлого — признак либо манипуляции, либо (извините) непроходимой тупости.


Альтернативные представления о прошлом полезны уже тем, что они позволяют не брать на веру традиции. Сам факт наличия альтернативного мнения часто оказывается нужней, чем опора на реальные «факты». У человека, у которого несколько взглядов на свое прошлое — появляется и несколько путей в свое будущее.


Что такое «факт» в истории? Это продукт, товар, который кто-то «сделал» и «продал» другому… И без разбора отношений «продавец факта»/ его покупатель – история, которая дошла до нас, не будет правдивой.

А если история не верна– это уроки впустую, «дорога в никуда», потеря времени и отсутствие перспектив. Неверная история сродни воровству, когда под видом нужного ресурса потребителю подсовывают брехню и фантазии. Продажа продукта, не соответствующего декларированному качеству – это преступление против потребителя. Обман, убытки, верните деньги и получите запрет на профессию.

Но если серьезней…

Кто же они - свидетели современного взгляда на события трех революций?

За последние двадцать лет представления общества об истории России радикально поменялись. В конце 1980-х, в последние годы Советской власти общество критически присмотрелось к «святая- святых» прежнего режима, к Октябрьской Революции, сомнительным достоинствам ее лидеров и результатов.

В 1990-м году, в условиях массового спроса на настоящую Историю сразу в нескольких популярных «толстых» журналах сто тысячными тиражами одновременно началось издание 10- томного «Красного Колеса» Александра Солженицына. Умного и системного взгляда в свое прошлое – из эмиграции.

Эта книга изменила страну. Сейчас мы смотрим на ту эпоху глазами Солженицына, так же как раньше верили в «Историю КПСС». Общество пере-программировали. Но этот «новый взгляд» был создан по заказу и при поддержке политических противников СССР, у которых было много причин быть пристрастными. И как автор исторических исследований Александр Исаевич часто использовал такой художественный прием, как обобщение и преувеличение. И если «правды» в его романе про революцию больше, чем в романе про «Архипелаг ГУЛАГ», то не намного.

Но Солженицынский размах, дотошность, обстоятельность — уже сформировали наше понимание прошлого.


Когда фрагменты мемуаров политиков подаются автором как фрагменты стенограмм и страницы газет — это действует: доверия больше.

При СССР считалось естественным, что Солженицын в американской эмиграции получил доступ к западным архивам. Однако мало кто задумывался о составе этих архивов. Большинство источников, на которые опирался писатель, появилось полвека спустя и при странных обстоятельствах.


К примеру, представления о Великом Октябре всегда были основаны на книге американского журналиста Джона Рида про «Десять дней, которые потрясли мир». Хронику «важнейшего события ХХ-го века» сделали по книге человека, языком не владевшим, в жизни Петрограда и России мало понимавшим. Джон Рид писал глазами иностранца и для таких же иностранцев, как он... Его внимание больше привлекали молодые девицы, приезжавшие в столицу из провинции… использование его мнения — никакая не «объективность», а осознанный отрыв от традиций, от народа, отсутствие полноценной социальной объективности. Но, видимо, деятелям Коминтерна именно такой взгляд был близок и понятен.

Важнейший этап прихода к власти Временного Правительства – сделан по мемуарам первого министра транспорта Временного правительства Алексея Бубликова. В марте 1918 года он захватил Петроградский телеграф, представился министром Временного правительства, и за несколько дней «перекодировал» всю Россию, что старая власть осуждена, а новая власть – это серьезно и навсегда.

Сквозь оригинальную картину мемуаров проступает жанр авантюрного романа и талант Мюнхаузена…

Но это изначально было художественной истории, аналогом авантюрного очерка из желтушной американской газеты, опубликованой уже в 1918-м году («свидетель-министр» эмигрировал сразу и сразу сел за сочинительство). Эта "версия" без всякого критического разбора приведена в «Красном колесе», попала в официальную историю - и «закрыла» важнейший вопрос: были ли у царя, его правительства и законной власти — какие-то сторонники в провинции. Революция сведена к Петрограду. А все вопросы о законности новых российских институтов сняты «дыркой от Бубликова»


Или к примеру, кого интересовали в 1966-м году «Мемуары» Керенского? Однако неизвестные деньги заставили 80-летнего старика сесть за мемуары, которые вышли тиражом, больше, чем оставалось в Америке русских читателей. Можно не обращать внимания на то, каким образом Мемуары возникали, почему они написаны разным слогом и стилем, как они попали в архивы, как попали к Солженицыну и оказались в «Колесе» - иногда целыми абзацами и страницами.

Но можно понимать, что борьба между мировыми державами никогда не прекращалась. И одна из «бомб», заложенных поколением раньше, «рванула», когда противник на нее наступил.

Мемуары существуют для того, чтобы оправдываться, а не для того, чтобы им верить. Серьезные выводы делают после того, как разбирают несколько независимых свидетельств. Но в «академической» истории так не делают. А намного ли одна «заказуха» бывает лучше другой? Чем нынешняя версия – лучше коммунистической? Только ли тем, что трудяга Солженицын –симпатичней сибаритствующего председателя Союза советских писателей Алексея Толстого?


Самое нелепое – это винить предков в своих заблуждениях. Еще более глупо винить Солженицына. Тем более, что предыдущая история была насквозь лжива. А именно этот писатель проделал гениальную работу, создав книгу, которая заставила задуматься, развернуть сознание и измениться к лучшему. Вопрос - насколько...

Если история чему-то и учит - то тому, что не надо менять один миф – на другой. Нельзя менять одного «идола» - на другого. Нужно аккуратно смешивать «коктейль» из разных мнений, чтобы не рвануло и не расплескалось. Полезней меняться самому, становясь если не богаче, то хотя бы мудрей.

Возможно, корни тоталитарного мышления в нашем, русском сознании - крепятся там, где хранятся наши представления о том времени, когда наиболее ярко проявился тоталитаризм? И посмотреть назад нужно, чтобы поменять мнение о том времени, убрать лижь, заблуждения и «скелеты в своем шкафу»? То есть, в сознании...
И доля того - попытка не пытка…
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments